Фонд Защиты Слонов

Библиотека: Очерки

БЕРНГАРД ГРЖИМЕК

ПОЧЕМУ СЛОНОВ ОДНОВРЕМЕННО И СЛИШКОМ МНОГО И СЛИШКОМ МАЛО?

Для того чтобы погибнуть, даже слону достаточно одного-единственного дня. (Африканская поговорка)

Как же в Африке в действительности обстоит дело со слонами? Газеты сообщают, что их необходимо тысячами отстреливать, потому что они перенаселяют некоторые местности и уничтожают там всю растительность. А старожилы Африки жалуются, что теперь неделями можно ехать по африканским дорогам и не только не увидеть ни одного слона, но даже нигде не наткнуться на их помет.

Охотникам за крупной дичью уже давно не удается раздобыть в качестве трофея настоящего, "капитального" слона с мощными бивнями.

Расцвет хоботных на нашей планете давно позади. Слоны появились 50 миллионов лет назад и населяли все материки земного шара, за исключением Австралии. При раскопках обнаружено уже более 350 различных видов слонов. Наши предки в Европе и Азии еще "сосуществовали" с гораздо более мелкими шерстистыми слонами. В слое вечной мерзлоты Сибири время от времени откапывают вмерзших в лед мамонтов с сохранившимися мясом и кровью. А иногда у них во рту находят даже корм.

Что касается родства слонов с некоторыми другими видами животных, то этот вопрос сейчас кардинально пересмотрен. Дело в том, что слоны не имеют ничего общего с носорогами и бегемотами, с которыми их раньше объединяли под общим названием "толстокожие". Сейчас их перестали причислять даже к собственно копытным животным. По строению тела слонов объединяют в одну общую группу вместе с сиренами, или морскими коровами, а также с капскими даманами. Посетители зоопарка, рассматривая этих внешне столь различных животных и читая соответствующие объяснения на табличках, обычно недоуменно пожимают плечами: чудеса, да и только.

В наше время по земле топают только два, причем легко отличимых друг от друга, вида слонов: азиатский, или индийский, и африканский. Первый - плотный, стремительный, с выпуклыми лобными выступами и небольшими ушами. У самок индийских слонов, как правило, полностью отсутствуют бивни. Наивысшая часть туловища у этого слона - голова, в то время как у африканского - спина. Второй - "африканец" - имеет покатый лоб, значительно большие уши, он менее плотный, и в отличие от "индийца" хобот его заканчивается двумя "пальцами", а не одним. Азиатских слонов можно увидеть значительно чаще, чем африканских. В 1965 году во всех американских зоопарках, вместе взятых, проживало всего 30 африканских слонов, ввезенных из Африки, и 90 индийских (четверо из которых были рождены уже в зоопарках).

Первый зоопарковский африканский слоненок появился на свет лишь в 1943 году в Мюнхене. С тех пор их родилось всего несколько.

Азиатских слонов люди уже тысячелетия приручают и используют в качестве тягловой силы. В свое время карфагенцам удавалось также приручать теперь уже давно вымерших североафриканских слонов. Слоны эти были значительно меньших размеров, чем теперешние. Слоны, с которыми Ганнибал в 220 году до нашей эры пересек Альпы и которые нагнали тогда такого страху на римлян, по всей вероятности, были "африканцами". Шестидесятью годами раньше греческий король Эпира Пирр с помощью слонов неоднократно побеждал римлян в битвах, происходивших на территории Италии.

Но затем почему-то в течение двух тысяч лет африканские слоны в отличие от индийских считались неприручаемыми. Однако за последние десятки лет бельгийцам удалось доказать, что это не так. Они сумели обучить этих слонов возить повозки и людей, а также всевозможным другим работам.

Я провел некоторое время на станции по приручению слонов "Гангала на Бодио" и впоследствии в своей книге "Для диких животных места нет" описал, какие работы там проводятся.

Число этих сериях великанов идет в Африке на убыль. Когда первые голландцы прибыли в Южную Африку, в районе Капштадта еще паслись огромные стада слонов. В первые десятилетия прошлого века из этих стран на мировой рынок поступало внушительное количество слоновой кости.

Но затем слонов безжалостно перестреляли. Их не стало даже в знаменитом национальном парке Крюгера. Они вернулись туда значительно позже, забредя из пограничного с ним "португальского" Мозамбика. Единственное место, где слонам удалось удержать свои позиции, была северная часть бассейна Замбези.

Слоны, которые в доисторические времена, по всей вероятности, были обитателями леса, впоследствии лучше других видов сумели освоить самые различные жизненные пространства. Так освоиться удалось, пожалуй, еще только крысе, воробью и человеку. Иногда африканских слонов можно увидеть погруженными по самую спину в воду, а порой они поднимаются и высоко в горы, иногда выше пяти тысяч метров; в одних местах они пасутся на траве, словно коровы, в других - валят деревья...

Африканские слоны из различных местностей выглядят по-разному. В прошлом столетии, когда в зоологии появилась мода на выделение бесконечных видов и подвидов, различали дюжины видов слонов (по форме и величине ушей и по другим деталям строения тела: Но с тех пор специалисты установили, что речь может идти только о двух подвидах слонов Африки: о более мелком круглоухом, или лесном слоне, обитающем в лесах Западной Африки, и о большеухом, или степном, слоне, которого можно встретить как в Южной, так и в Восточной Африке - до Эфиопии и Сомали.

У лесного слона на передней ноге пять, а на задней четыре пальца, в то время как у степного на передней ноге обычно четыре пальца, а на задней - три. У лесного слона верхние края ушей никогда не соприкасаются друг с другом, у. степного же это случается сплошь и рядом; ведь уши у степного значительно больше, при этом почти треугольной формы, острым углом книзу. Спина лесного слона возвышается над землей на 2,2 - 2,5 метра, реже выше этого, в то время как степные слонихи достигают в высоту в среднем 2,85 метра, а степные слоны - 3,2 метра, наиболее же рослые экземпляры могут достигать и 3,5 - 3,7 метра. Но основное отличие между лесными и степными слонами заключается в том, что у лесных слонов бивни тоньше и загнуты книзу, в то время как бивни степных слонов направлены косо вперед и большей частью еще загнуты кверху. И хотя бивни у степных слонов больше и толще, тем не менее кость у лесных слонов тверже.

Но различия между этими двумя подвидами четко выявляются тогда, когда лесной слон западного побережья Африки встанет рядом со степным слоном с восточного побережья.

Там, где эти подвиды смешиваются, встречаются самые различные переходные типы. Так, среди слонов станции "Гангала на Бодио" я видел таких, которых по форме ушей следовало бы причислить к степным, а по числу пальцев на ногах - к лесным. А в Уганде, в национальном парке Куин-Элизабет, возле озера Эдуард, водятся слоны, бивни которых по своей форме очень похожи на бивни лесных слонов. По-видимому, оба этих подвида легко и просто скрещиваются между собой.

А где же обитают знаменитые карликовые слоны, спросите вы? Немецкий зоолог Ноак в 1906 году ввел их в определитель кивотных под латинским названием Elephas africanus pumilio. Свое описание он сделал по одному-единственному экземпляру, жившему тогда в Нью-Йоркском зоопарке. Высота этого слона составляла 1 метр 80 сантиметров, возраст его по состоянию зубов определяли в 6 лет. Обычно же слонам такого роста бывает не больше полутора лет. Слон этот прожил в зоопарке девять лет и вырос за это время еще на двадцать сантиметров.

С тех самых пор взрослых слонов ниже двух метров стали рассматривать как карликовых. Однако большинство "карликов", демонстрируемых в цирках и в зверинцах, оказывались просто молодняком. На воле же, а именно в Западной Африке, не раз встречали таких маленьких слонов с длинными бивнями. Майор Пауэлл-Коттон видел там беременную слониху, высота которой в холке составляла 1 метр 80 сантиметров.

На станцию по приручению слонов однажды доставили двух особенно маленьких слонов высотой всего лишь в 1 метр 30 сантиметров и с бивнями длиной в 70 сантиметров! Судя по этим бивням, им было от 12 до 14 лет. За последующие десять лет животные выросли всего лишь до 1 метра 60 сантиметров, длина же бивней достигла 1 метра. К сожалению, обоих "карликов" потом продали, и дальнейшего их развития проследить не удалось.

Однако ни в коем случае нельзя утверждать, будто бы такие слоны заселяют какую-либо определенную территорию. Их нигде не встречали стадами или вообще помногу. Поэтому мы считаем, что здесь речь идет не о какой-то особой расе или виде, а просто об отдельных "недомерках".

Охотиться на самых мощных животных своего континента было для африканцев опасным и трудоемким занятием (правда, только до тех пор, пока у них не появилось огнестрельное оружие). Добыть себе мясо для пропитания было значительно легче, охотясь на любую другую более мелкую дичь, которой кругом было полным-полно. Охота на слонов привлекала другим: добычей слоновой кости, которая с незапамятных времен продавалась по очень высоким ценам. Ради слоновой кости вокруг стада слонов поджигали лес, окружая его огненным кольцом, копали ямы-ловушки, отстреливали животных отравленными стрелами.

Когда еще не было железной дороги, носильщикам приходилось нести на себе слоновую кость от Уганды до побережья целых 90 дней! Это был единственный товар, окупавший столь дорогостоящую доставку. Исследователь Африки Сэмюэль Бейкер оценивал доход от торговли слоновой костью в 1500 процентов; сам он иногда выручал и 2000 процентов.

Довольны оставались и поставщики слоновой кости: ведь большую часть бивней они отрубали у слонов, умерших собственной смертью, так что добыча их не составляла особых трудностей. Во времена колониализма охота на слонов проводилась с официального одобрения властей, хотя и контролировалась охотничьим управлением. Но даже и теперь, по утверждению зоолога Нила Саймона, из-за браконьерства и хорошо организованной контрабанды Кения, например, теряет из своего бюджета свыше миллиона марок.

Однако на сегодняшний день отстрел слонов иногда диктуется необходимостью. Особенно это важно для Восточной Африки, где с каждым годом требуется все больше земли под поселки разросшегося коренного населения.

Так, к примеру, в 1963 году охотничьему управлению Танзании пришлось поручить своим служащим отстрелить 3247 слонов да еще выдать 393 лицензии на отстрел приезжим охотникам. Продав 116 500 кг слоновой кости, управление выручило тогда 103 540 восточноафриканских фунтов (исходя из стоимости 1 фунта слоновой кости в 16 шиллингов). Но в то время как бивни, которые попадали на рынок Занзибара в 1850 - 1860 годах, весили от 25 до 50 килограммов каждый, а те, которые в конце прошлого столетия продавались в Родезии, весили в среднем по 20 килограммов, то уже бивни слонов, застреленных с 1927 по 1958 год, весили только по 12 килограммов.

В 1929 году слонов еще можно было встретить на 70 процентах территории Уганды, 30 же лет спустя - только на 17 процентах, и с тех пор их распространение продолжало сокращаться.

Мне рассказывали, что раньше в северо-восточном Конго (Заире) в определенное время года скапливалось огромное множество (до двух тысяч) слонов. А один из спутников Ливингстона однажды возле Замбези наткнулся на скопище из 800 слонов. Такие "природные спектакли" теперь трудно увидеть в Африке.

Как же с этим повсеместным сокращением числа слонов вяжутся газетные сообщения о необходимости отстрелить несколько тысяч слонов, чтобы спасти деревья и кустарники?

После страшной засухи 1960 и 1961 годов я находил в Кении, в Цаво-парке, поваленные или ошкуренные слонами деревья.

В Уганде, в национальном парке Мерчисон-Фолс, на огромной территории все деревья погибли по вине слонов, которые безжалостно обдирали с них кору. Подобным же образом ведут себя слоны сейчас в национальном парке Киву в Заире, в национальном парке Крюгера в ЮАР и в разных других местах.

Е. Дэвисон наблюдал в Ванкие-парке в Южной Родезии, как из целого стада слоних только две занимались тем, что ошкуривали акации, остальные этого не делали. Солидные самцы себе этого вообще никогда не позволяют.

В июне и сентябре 1962 года в Цаво-парке, занимающем более 20 тысяч квадратных километров, проводился авиа учет слонов. По этой "переписи слонового населения" (которая, безусловно, очень точна, так как на безлесной ровной поверхности эти крупные животные хорошо заметны), выходило, что в июне слонов было 6825, а в сентябре - 10 799. К этому числу следует еще добавить 4804 слона, пасущихся в пограничных с парком районах. Животные держались иногда стадами, которых было 1007, а иногда в одиночку - таких одиночных слонов насчитывалось 128. Примерно 300 стад состояло из двух - пяти животных и столько же из шести - десяти голов., Видели и десять скоплений, состоящих из более чем 100 животных.

Нужно сказать, что 10 тысяч слонов на 20 тысяч квадратных километров - это совсем не так уж много. Ведь площадь Цаво- парка равна примерно половине всей Швейцарии. Плотность слонового населения составляла в июне 0,34, а в сентябре - 0,54 слона на каждый квадратный километр. Эти цифры очень невелики, если их сравнить с другими областями Африки: в горах Абердара (Кения) насчитывается 1,1 слона на' 1 квадратный километр; на равнинах Руинди-Ручуру в национальном парке Киву (Заир) - 1,7 слона на каждый квадратный километр; в национальном парке Куин-Элиза- бет - 1,72, а в Мерчисонском национальном парке (Уганда) - 1,8.

И тем не менее для Цаво-парка их все равно слишком много: ведь это район очень засушливый, и там слишком мало растительности по сравнению с другими национальными парками. Все подсчитанные здесь животные были найдены в радиусе 23 километров от постоянного источника воды. В Цаво-парке есть одна-единственная река, которая круглый год не пересыхает,- это Галана. За два засушливых года слоны настолько истребили всю прибрежную растительность, что в 1960 году из 780 живущих в парке носорогов 300 умерло с голоду.

Цаво-парк, который в прежние времена представлял собой поросшую кустарником местность с высокими галерейными лесами по берегам рек, постепенно превращается в травянистую степь. Правда, для слонов это не так уж страшно: они ведь могут довольствоваться и одним травяным кормом. Гораздо хуже это для черных носорогов, которым для пропитания необходим веточный корм. Кроме того, они не в состоянии проделывать таких дальних кочевок, как слоны, которые благодаря этому могут уходить из засушливых районов. Степная трава, корни которой в отличие от деревьев и кустарников не уходят глубоко в землю, во время засушливых месяцев целиком увядает и не содержит, следовательно, ни малейшей влаги, а из-за постоянных степных пожаров она и вовсе исчезает.

Однако основная причина ущерба, наносимого слонами в Цаво- парке, кроется в другом. Во всем виноваты искусственные колодцы и образовавшиеся возле них бочажки с водой. Во всяком случае к такому выводу пришла Сильвия Сикс, изучавшая "слоновую проблему" в Восточной Африке.

Все началось, по ее мнению, еще со строительства железной дороги Момбаса - Найроби, когда приходилось обеспечивать колодцами строительных рабочих. Вода притягивала мучимых жаждой животных, и в особенности "влаголюбивых" слонов взрослому слону требуется от 90 до 130 литров воды в день. Слоны и потом, в засушливые сезоны, старались держаться поблизости от железной дороги, потому что вдоль нее возникли поселки с колодцами. Животные по ночам приходили туда напиться и с рассветом неслышно исчезали. Положение еще более ухудшилось после того, как управление национальными парками Кении построило в парке Цаво постоянные искусственные водопои. Теперь слоны круглый год старались держаться в районе водопоя, а растительности вокруг уже явно не хватало: она вся была съедена. Это неизбежно привело к набегам животных на посевы во всей округе.

Сильвия Сикс придерживается мнения, что в первую очередь следует бороться со степными пожарами и затем во время засушливого сезона перекрывать воду на искусственных водопоях, чтобы прогнать слонов из парка.

А чем же объяснить перенаселение слонами других районов? Ведь в отличие от многих других африканских животных слоны способны совершать длительные и дальние кочевки. Дело в том, что во многих областях Африки на них так усиленно охотятся, что местами уже полностью истребили. Поэтому слоны скапливаются в резерватах и перенаселяют их так, что растительности начинает грозить опасность. При этом они, возможно, часто бывают отрезаны от мест, где прежде могли удовлетворить свою потребность в минеральных солях и микроэлементах. Кора деревьев и ветки содержат не только влагу, но, например, и 3,4 - 5,68 процента извести, в то время как в траве ее лишь от 0,18 до 0,33 процента.

В этих вопросах до сих пор еще нет никакой ясности. Хотя мы уже в течение многих веков знаем слонов, охотимся на них и восторгаемся ими, а охотники выпустили уже изрядное число приключенческих книг об этих животных, тем не менее нам до смешного мало известно о том, как они живут и в чем нуждаются.

Поэтому хорошо, что соответствующие деятели в Кении не прислушивались к газетной шумихе, раздутой вокруг слонов, и не приступили немедленно к проведению намеченного отстрела трех тысяч или даже пяти тысяч слонов, живущих в национальном парке. Вместо этого они решили пригласить вначале группу ученых, которые должны были тщательно изучить жизнедеятельность и потребности этих животных.

Между прочим, не исключена возможность, что гибель деревьев происходит и из-за постоянных степных пожаров, которые в Африке учащаются с каждым годом. Эти искусственно учиняемые пожары со временем приводят к тому, что облесенные территории постепенно превращаются в открытую, ровную степь (столь желанную для скотоводов). Однако спустя некоторое время поросшая травой земля начинает зарастать колючим кустарником и другой несъедобной для скота растительностью. Такое превращение произошло уже во многих районах парка Цаво.

Получается довольно постыдное положение: пока европейцы господствовали в Африке в качестве колонизаторов, они почти не давали себе труда изучить жизнь слонов, животных, играющих столь огромную роль в поддержании биологического равновесия в мест- ной природе, а ведь нарушение его способно изменить даже климат, что в свою очередь может поставить под угрозу само существование всего живого в этих жарких районах земного шара. Только в последние годы после завоевания африканскими государствами независимости биологи приступили к работе над разрешением многочисленных загадок жизни этих серых великанов.

Дальше мы увидим, как далеко им удалось продвинуться в своих исследованиях. Наиболее значительное учреждение в этом плане - научно-исследовательский институт в национальном парке Серенгети, созданный энергичным директором национального парка Джоном Овеном. Туда приезжают работать сроком не менее чем на три года зоологи, ботаники, почвоведы и этологи из всех стран мира. Обычно там работает одновременно 10 - 18 человек. Жилые дома для ученых и Лаборатория имени Михаэля Гржимека построены на деньги, пожертвованные людьми, радеющими об охране природы.

Прошло несколько недель, прежде чем мне наконец удалось увидеть первого дикого слона. Это было в лесах Берега Слоновой Кости в Западной Африке.

Мы удобно расположились на большой банановой плантации, владелец которой временно отсутствовал. Сюда, на. эту плантацию, еженощно являлось стадо слонов. Назойливые, но пугливые животные проходили обычно вдоль небольшой речки, пересекавшей эту местность. Для переезда машин через речку был переброшен бревенчатый мостик. Слонам это почему-то не нравилось. Вместо того чтобы воспользоваться мостиком для перехода через речку или в крайнем случае обойти его стороной, они каждый раз аккуратно разбирали мостик по бревнышку.

Слонов вообще многое раздражает из того, что мы, люди, сооружаем на их родине. Невысокие столбики дорожных указателей они зачастую засыпают ветвями или просто выдергивают из земли и оттаскивают в сторону. Целые участки только что проложенных асфальтированных дорог они тоже частенько забрасывают ветками. Телеграфные столбы, которые здесь вкапывают в почву с большим трудом, они сплошь и рядом по ночам вытаскивают и укладывают рядами на землю.

Однако фильмы, в которых показано, как слоны нападают на деревни местных жителей, топчут их хижины и раскидывают во все стороны обезумевших от страха людей,- чистый вымысел и ерунда. В действительности все бывает совсем иначе. Правда, может случиться, что такой великан часами будет бродить между хижинами и дажё иногда разберет какую-нибудь из них или продавит стену, учуяв, что внутри лежит что-то съестное или возбуждающее его любопытство. Но в таких случаях прогнать слонов не представляет особого труда. Так, в Эзо, в Южном Судане, трех таких навязчивых гостей удалось выпроводить с помощью громких звуков вальса (находящийся поблизости инспектор по сельскому хозяйству включил на полную громкость радиоприемник в своей машине).

Совершенно новое явление последних лет - так называемые туристские слоны. Это, как правило, одиночные животные, пристрастившиеся посещать туристские гостиницы и лагеря в национальных парках. Такие слоны со временем становятся очень назойливыми, потому что, несмотря на все запреты, получают от туристов подачки. В моей книге "Они принадлежат всем" описана история как раз такого слона, по кличке Лорд-мэр, или Бургомистр, и его печальный конец (его пришлось застрелить). Это произошло в модной туристской гостинице "Пара Лодж", построенной в национальном парке МерчиЮн-Фолс.

Но прошло совсем немного времени, и за мной в том же туристском лагере увязался уже другой слон, на этот раз подросток, по кличке Чарли. Когда я ночью возвращался из ресторана в свою комнату, расположенную в отдаленном коттедже, он так внимательно меня оглядывал, что я предпочел пробираться к себе за домами, а большие открытые площадки пересекал чуть ли не бегом.

Когда туристы садились ужинать, Чарли подходил совсем близко к окнам столовой и с завистью взирал на стол. Он вел себя, как ребенок, который, прислонясь лбом к витрине кондитерского магазина, с вожделением разглядывает заманчивые сладости. Однажды он своими короткими бивнями так сильно надавил на раму, что выбил ими сразу три стекла. Ничуть не испугавшись шума и звона, он проворно просунул хобот в образовавшееся отверстие и стал шарить по столу. А несколько дней спустя он пристал к директору ресторана, стараясь отнять у него какие-то продукты, так что тому пришлось взобраться на веранду и отбиваться от него палкой.

А одна слониха получила кличку Мусорщица Нелли, потому что вместе со своим слоненком Билли повадилась рыться в помойных ведрах. Когда кто-то из туристов вздумал на близком расстоянии с веранды сфотографировать ее детеныша, она бросилась в атаку. Лесничему едва удалось втолкнуть незадачливого фотографа в комнату. Не добежав двух метров до "обидчика", Нелли повернулась и ушла.

В другой раз малыша Билли страшно заинтересовала радиомачта. Он с такой силой стал тянуть за железные тросы, удерживающие ее в вертикальном положении, что верхняя часть антенны свалилась, причем прямо на спину его матери. Оба слона ужасно перепугались и бросились наутек. Но это не помешало Билли вскоре сломать прибитый при въезде в туристский лагерь щит с надписью, предупреждающей посетителей быть осторожными с полуручными слонами. Кроме того, он дважды старательно пытался сдвинуть машины с места их стоянки. К сожалению, Билли погиб, не достигнув трехлетнего возраста: по-видимому, он проглотил что-нибудь несъедобное из мусорного ящика. В экскрементах слонов, пристрастившихся рыться в помойных ямах, нередко можно обнаружить полиэтиленовые мешочки и пергаментные обертки от ветчины.

Возможно, именно повышенной любознательностью слонов и присущей им игривостью можно объяснить тот факт, что они часто попадают в проволочные удавки, расставляемые браконьерами для других животных. Такая петля, затягиваясь вокруг хобота, постепенно все глубже врезается в тело и вызывает страшные нагноения. Мне уже дважды пришлось встречать слонов с такими ранами. Однажды лесничий из Ахоли в Уганде увидел слона, хобот которого попал в такой капкан. Когда лесничий некоторое время спустя вернулся к месту происшествия с вооруженным провожатым, слон уже исчез, а в петле висел оторванный кусок хобота длиной около метра. Такого бесхоботного слона видели как-то в Малави во время кормежки: он пасся, стоя на коленях, и, видимо, справлялся с этим вполне успешно, потому что выглядел достаточно упитанным.

Попробуйте как-нибудь не пустить слона туда, куда он хочет пройти, разумеется не применяя стрельбы.

Несколько лет назад в Замбии возле реки Саньяти, в 100 километрах выше по течению знаменитой плотины Кариба, соорудили высоченную изгородь. Предназначалась она для того, чтобы помешать диким животным, обитающим в низменности Замбези, проникать в густо заселенные людьми окрестные районы. Эта изгородь, возведенная прямо посреди леса, очень часто повреждалась слонами и во многих местах была ими проломана. Поэтому пришлось вырубить с обеих ее сторон широкие просеки, да еще нанять сторожей, которые выстрелами в воздух должны были отпугивать "злоумышленников". В общем и целом это помогло.

Изгородь состоит из восьми стальных тросов, каждый из которых выдерживает натяжение до 550 килограммов. Тросы привязаны к столбам из прочного дерева, врытым в землю на целый метр. Если порвать такой трос, то концы его, отскочив, могут ударить с чрезвычайной силой.

И тем не менее двум слонам все же удалось перебраться через это мощное заграждение. Сначала они безуспешно пытались его разрушить, потом пришли в ярость и вырвали с корнем 40 деревьев, росших поблизости. Шесть из них толщиной примерно в 25 сантиметров они подтащили к изгороди и бросили на тросы. От тяжести деревьев тросы прогнулись настолько, что слонам удалось через них перелезть. Спустя неделю они таким же способом проникли обратно, использовав для этой цели один мощный древесный ствол.

Кому хочется узнать, как в Африке строят "слоноупорные" изгороди, тому надо съездить на юг материка в маленький национальный парк Аддо, занимающий всего 67 квадратных километров. Там, недалеко от Порт-Элизабета, на самой южной оконечности Африки, в 1931 году выделили участок земли и объявили его заповедной зоной. Туда и согнали последнюю, дюжину южноафриканских слонов.

Сначала все шло хорошо и число животных увеличилось до 25. Но потом пошли неприятности. Дело в том, что парк со всех сторон окружен жилыми поселками: здесь примерно 30 ферм, на которых проживает не менее 150 европейцев и около 300 африканцев. К 1949 году положение сделалось прямо невыносимым - почти еженощно слоны "нарушали" границы парка и чинили всяческие безобразия: сносили заборы, вырывали из земли водопроводные трубы, разрушали плотины, портили сады, затаптывали огороды, а иногда убивали и домашних животных. Люди испытывали панический страх перед этими великанами, внезапно, без всякого предупреждения появляющимися из ночной тьмы. Фермеры палили в слонов (иногда, действительно, в случае опасности для жизни, а то и без оной), а подранки начинали потом преследовать других людей, как правило смотрителей парка.

Однажды ночью пять слонов пересекли железнодорожное полотно. Когда они на рассвете возвращались обратно, как раз подходил товарный поезд. Четыре слона успели перебежать через линию, а одна слониха замешкалась. Яростно заскрипели тормоза, но было поздно: смертельно раненная слониха покатилась под откос. Четырнадцать дней спустя такая же участь постигла вожака этого стада.

А один большой самец то и дело стал нападать на крестьян, работающих в поле; тем приходилось спасаться бегством и забираться на железные конструкции ветряков. В один прекрасный день этот слон решил вступить в единоборство с паровозом. Однако паровоз оказался сильнее, и покалеченный слон едва унес ноги. Из-за него пришлось на некоторое время закрыть парк для посетителей.

Год спустя тот же слон снова появился на железнодорожном полотне. Однако, завидя приближающийся поезд и вспомнив, по всей вероятности, о своем горьком опыте, он повернулся и опрометью бросился бежать, но оказался недостаточно расторопным, и его задняя нога попала под колесо. Слон издал дикий вопль и, хромая, на трех ногах заковылял прочь, однако, пройдя 20 метров, рухнул на землю. Всю ночь напролет раздавались его предсмертные стоны и крики, но спасти его не было никакой возможности. Остальные слоны обступили его со всех сторон. Жизнь в нем медленно угасала. С его смертью слонов в парке осталось всего 17, и среди них только три полноценных производителя.

Вот тогда-то и приняли решение отгородить национальный парк от окружавших его ферм прочной изгородью. В середине 40-х годов был испробован вариант с колючей проволокой, через которую пропускали слабый ток. Однако такое заграждение оказалось для слонов не помехой. Они по-прежнему продолжали прорываться за пределы парка и бедокурить на соседних фермах.

Прошло немало времени, прежде чем национальному парку удалось раздобыть достаточную сумму денег на постройку прочного заграждения. Начали его строить с 1951 года, а закончили только в 1957 году. Заграждение это состоит из старых трамвайных и железнодорожных рельс, вкопанных в землю на глубину 1,8 метра и торчащих кверху на 2,4 метра. Расстояние от одного столба до другого составляет 7,5 метра, но между ними через каждые 2,5 метра вкопаны еще дополнительные деревянные столбы из особо твердой древесины. Между столбами в несколько рядов натянут толстенный стальной трос, который используется обычно в лифтах или угольных шахтах. Для лучшего натяжения тросы соединены между собой свободно висящими бревнами, не доходящими до земли. Эти бревна сплошь утыканы острыми шипами, чтобы отбить у слонов охоту обхватывать их хоботом и тянуть.

Подобная ограда не рушится даже тогда, когда слон, разбежавшись, наваливается на нее изо всей силы. Только таким дорогостоящим способом удалось отгородить 25 квадратных километров непролазной чащобы от окружающего мира. И все это исключительно ради слонов. С тех пор они успели благополучно размножиться.

Подобное заграждение, только намного короче, можно увидеть в национальном парке Маньяра в Танзании. Там оно тянется между озером и отвесным склоном Большого Грабена.

На меня лично слон напал только один раз. Произошло это в национальном парке Куин-Элизабет, где мы с моим сыном решили сфотографировать хорошенького маленького слоненка. Только мы вылезли из машины и начали устанавливать камеру на штатив, как появилась слониха, явно недовольная нашими манипуляциями. Пока мы совещались, она угрожающе оттопырила уши и бегом направилась в нашу сторону. Мы поняли, что шутить она не намерена, и с необыкновенной проворностью прыгнули в машину, захлопнув за собой дверцу. Но, как всегда в подобных случаях, мотор, как назло, не заводился. Впрочем, слониха остановилась совсем рядом, не пытаясь даже дотронуться до машины. Она просто хотела нас прогнать.

Слоны вообще чрезвычайно редко связываются с автомобилями. Тем не менее был случай, когда два пассажира, спавших в машине, "на свежем воздухе", возле туристской гостиницы национального парка Мерчисон-Фолс, были не на шутку перепуганы, увидев, как в окно их автомобиля просунулся слоновый бивень.

Известен случай, происшедший с тремя южноамериканскими профессорами, осматривавшими вместе со своими студентами на микроавтобусе национальный парк Киву в Заире. Внезапно, без всякой видимой причины, на них напали два слона. Профессору Гиверсу удалось, сидя в машине, запечатлеть на пленку атакующего слона, но в следующую же минуту разъяренное животное раздавило мотор, пробило бивнями боковую стенку кузова и опрокинуло машину набок. У профессора оказались сломанными обе ноги, а слон бросился наутек. Не пробежав, однако, и нескольких сот метров, он почему-то замертво рухнул на землю. Причину его внезапной смерти выяснить так и не удалось. А профессору вручили один из бивней на память об этом приключении.

Совсем недавно, в 1965 году, в ЮАР Довольно внушительная группа слонов пересекала асфальтированное шоссе, ведущее через национальный парк Крюгера. Животные не торопились, и поэтому дорога в течение 15 минут оказалась полностью блокированной. Возле "живого шлагбаума" собралось уже несколько автомашин. Когда одна из малолитражек начала нетерпеливо сигналить, огромный самец, прикрывающий переход через дорогу слоних со слонята- ми, грозно обернулся, оттопырил уши (верный признак раздражения), затрубил и быстрыми шагами решительно направился в сторону нарушителя спокойствия. Великан поддел своими бивнями и хоботом передний мост машины и приподнял ее, причем сильно помял кузов. Но этого ему показалось мало. Встряхнув машину еще два раза и оттащив ее на пять метров в сторону, он сбросил ее с дороги в кювет. К счастью, сидящие внутри пассажиры - супруги Бауэры отделались легкими ушибами, но когда они вылезли из машины, то вид у них был весьма бледный. Газета "Кэп Таймс" заканчивала сообщение об этом происшествии такими словами: "У господина Бауэра своя собственная ремонтная мастерская, так что починка машины обойдется ему недорого".

На картинках, изображающих слонов в момент нападения, художники обычно рисуют их с оттопыренными ушами и с поднятым хоботом. Это наводит на мысль, что с помощью обоняния и слуха слоны стремятся побольше узнать о противнике.

Правда, я лично ни разу не замечал, чтобы атакующий слон поднимал кверху хобот, хотя мне неоднократно приходилось фотографировать их с близкого расстояния. От людей, работающих со слонами, я тоже не слышал ничего подобного. Наоборот, слон, идущий на врага, подворачивает хобот под подбородок и низко наклоняет голову, становясь по мере приближения как бы все "меньше". То же самое подтверждает господин Ж. Жилетт из Южной Родезии, машину которого атаковала слониха. Она пробила бивнями радиатор и откатила машину на 30 метров назад по шоссе, прежде чем водителю удалось затормозить. "Уши у нее при этом были плотно прижаты к голове, а хобот подвернут вниз",- сообщал впоследствии "пострадавший", которому удалось выйти из всей этой истории целым и невредимым.

В 1958 году в Уганде, в парке Куин-Элизабет, слон чуть было не убил одного моего знакомого кинооператора. Это случилось во время съемок возле реки Нъямугазани. Нарушив запрет, этот оператор вылез из машины и стал снимать пасущихся слонов. Неожиданно один из них повернулся и погнался за незадачливым фотографом. Он вытащил его хоботом из кустов, куда тот спрятался, и трижды подбросил в воздух. К счастью, оператор отделался только небольшой раной на ноге и переломом щиколотки.

В том же году слон вне границ национального парка убил двух африканцев. Этого слона застрелили. Подобные случаи, как правило, происходят по вине браконьеров, ранивших этих животных, или по милости самоуверенных, но неумелых европейских охотников, обзаведшихся лицензиями; за их промахи потом приходится расплачиваться невинным жертвам.

Один афри